Судьбы её простое полотно…
Откровенный разговор. Мать-героиня из Устиново о своей жизни и детях
Мария Андреевна Женина - мама десяти детей, награждена Золотой медалью «Мать - Героиня», прошлым летом справила 75-летний юбилей. Живёт она в Устиново, где дом с большими окнами украшают любимые гиппеаструмы. Из окон кухни видна Николаевская церковь, благостный колокольный звон которой пробуждает тоску и радость на сердце, заставляя вновь перелистывать в памяти страницы своей жизни…
Глаза у Марии как у ребёнка - ясные, голубые, только подёрнуты пеленой лёгкой печали. В них – и горечь потерь, и сладость воспоминаний, и надежда на то, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается. А характер-то у неё, чувствуется, - кремень, и какая-то несгибаемая правота во всём. Если уж решила что - топором не перерубишь.
Жила, к труду привычная…
Сама Мария - атняшинская, а муж – «здешний», устиновский. Семья её родителей, Могильниковых, по меркам Марии Андреевны, была небольшая – всего пятеро детей. Первую пробу быть мамой большой оравы прошла Мария Андреевна ещё девчушкой… в детском саду. Нянечкой подменяла ушедшую в декрет сотрудницу. Попытка не напугала, а сделала ещё более уверенной.
Молоденькой девчонкой пережила Маруся мужскую бесчеловечность – насилие. Ей тогда лишь 14 лет было, а обесчестившему её зверю (местному парню) – 16… В суд на него Могильниковы пода́ли, да результат оказался не таким, как задумывали: не срок преступнику (от повестки в суд он скрылся, и его даже не искали), а беременность и роды совсем юной девочки.
- В моей семье предлагали сдать ребёнка, особенно сноха, у брата жена, настаивала. Хорошо, что не согласилась, и мамина сестра меня поддержала: «Маруська у нас не первая и не последняя такое пережила!» – поделилась Мария Андреевна. - Счас смотрю на Серёжу, ему уже почти 60, а его бы не было у меня?
Сколько насмешек сверстников и косых взглядов односельчан пережила Маруся, решившись после «такого» на роды и воспитание ребёнка в 15 лет? Только ей и её родным известно. А я не стала выспрашивать, чтобы лишний раз не бередить тяжёлыми воспоминаниями материнское сердце. Сын родился крепким и здоровым, рос на радость маме и всей семье надёжным помощником.
С будущим мужем Василием у них случился служебный роман: оба работали в сельпо. Он товароведом разъезжал по сельским магазинам, а Мария в пекарне хлеб пекла: и подручной была, и мастером стала.
- На 13 деревень развозили хлеб из нашей пекарни! – Там и приметил Василий Иванович себе спутницу жизни - бойкую и работящую. - Через два года пекарню закрыли, пришлось идти в колхоз работать.
Марусе было тогда 16, а Василий - старше её на восемь лет! Взял себе «пионерку», да ещё и «с прицепом». Сошлись в августе 65-го, свадьбу сыграли, как положено, причём на свои заработанные. Жили в колхозном бараке. Василий принял Марусю с ребёнком, воспитывал Серёжу, как родного. Семья пополнилась «новенькими» - Оля и Миша появились на свет с разницей в два года. А старший и не знал, что папка неродной. Не знал до одного неприятного случая:
- Серёжка-то в школу уже ходил, мы на свинарнике с мужем оба работали. Прибегает сын к нам весь в слезах, рассказывает, что какой-то незнакомый дядька сказал ему, что не папка мне отец, а он! Мы с мужем сразу поняли, кто это, побежали к дому его матери… Я взяла большую палку, перепоясала ему по ногам. Он после этого возле нас уже не показывался… - научилась Мария давать отпор, доказывая справедливость или защищая своих детей. А Василий как-то сумел сгладить последствия душевной травмы ребёнка, поговорив с ним и успокоив.
А мимо пролетают поезда…
В Атняшке прожили после этого недолго, с тремя детьми переехали на родину мужа, здесь уж Людмила родилась. Замечу, что время всех событий жизни этой большой семьи меряется рождением их детей – чётко в памяти у пожилой женщины отпечатались именно эти события.
- Переезжали весной 1970-го, в мае: посадили огород, я пошла на ферму дояркой.
И опять прожили в Устиново всего-ничего - три года: хоть это и была родина мужа, его тянуло в Казахстан… Жил и работал он там ещё до встречи с Марусей, казалось, что там и с семьёй будет райская жизнь. Да там и устиновских много жило, которые целину поднимать уехали.
Для выезда у Василия паспорт был, а у жены – не было, и в районе семью в Казахстан не отпустили.
- Пришлось пойти на хитрость. Василий уехал в Казахстан один, два месяца там пробыл, я подала на него в суд на алименты. На адрес проживания мужа направили исполнительный лист, к Новому году Вася за нами вернулся.
Прожили в Казахстане 10 лет – два года в Садырбае, а потом – в Вознесенке, работали в животноводстве. «Земного рая» на берегу озера со страшным названием «Убиенное», где стояла Вознесенка, не получилось: ветры в степи круглый год, а зимой холода такие, что однажды дочь Оля сильно поморозилась. А ещё поняли Женины на чужой земле, что беда не ходит одна:
- У нас в Казахстане дети начали умирать… Шестеро у меня один за другим умерли! В последний раз так было: 65 человек нас в посёлке родило, и не одного ребёнка не осталось!
После похорон новорождённой Светланки Василий сказал: «Всё, надо домой уезжать!». Так Женины в 1983 году в Устиново вернулись, сохранив семерых детей. Теперь, с оглядкой на те годы, мать понимает, что вся беда была либо в сильной загазованности воздуха, либо в радиации: жили рядом с Байконуром, видели, как ракеты в космос взлетают, чтобы «бороздить просторы Вселенной». И урановые руды где-то недалеко в Степногорске добывали. Вероятно, эхом того времени стала онкология дочери Ольги в 2023 году – ладно, хоть успела она сына и дочь на ноги поставить, четверых внуков понянькать.
В деревне большую семью приняли хорошо, да только удивлялись, что дети родителей на «вы» называют:
- Спрашивали у ребят: «Почему родных отца-мать так называете?» Так ведь так в Казахстане было заведено из уважения к родителям. В Вознесенке всех национальностей было намешано – братство народов! Общались на русском языке, а вот на «вы» родителей называть - переняли от казахов.
Перед людьми и совестью права…
В Устиново к 1988 году ребят было уже десять: с двухлетними промежутками появились Наташа, Настя и Иван.
- Настю мы в честь соседки назвали – тётки Настасьи. Я только из роддома приехала, она пришла меня проведать и говорит: «Назовёте девку как меня, любить её буду!» Так и было, как приходила, всегда ей конфет приносила, тайком от других угощала!
В тяжёлые 90-е годы всем «Матерям-героиням» присвоили звание «Персональный пенсионер». Никаких особых привилегий и не было, а, может, просто не знали о них или не пользовались из-за занятости – куда им от большой семьи и хозяйства в санатории уезжать? Но вот когда в магазинах было «шаро́м покати», то «персональным пенсионерам» в «дежурном» магазине давали продуктовые наборы – хорошее подспорье семье. Но больше они на своё подворье надеялись: две коровы, а значит два телёнка, два полуторника, свиньи и куры, огород…
- Всё успевала: на работу дояркой, огород, скотина, ребята, - удивляется своей ранешней расторопности Мария Андреевна. - Машинки не было, бельё ворохами стирала вручную! А швейных машинок было даже две: одну на декретные за Ольгу купила (свекровь ругалась!), а вторую в Казахстане дали, как большесемейным, - попутно делится хозяйка.
Большая семья – большая забота! В школу, бывало, разом по семь человек снаряжала.
- Работала, дома не сидела, бабушек не было помогать водиться… И 37 лет трудового стажа ещё заслужила!
Ушла Мария Андреевна с работы, будучи на заслуженном отдыхе, из-за обвинения в воровстве фляг на ферме: отстояла свою невиновность, указав на настоящих похитителей, но от обиды на работе ни дня не задержалась.
А родным колхозом «Красный уралец» сейчас руководит её сын, Владимир.
- В прошлом году пришлось дойное стадо убирать – работать некому! Нынче только 300 гектаров полей засеяли-убрали. На следующий год не загадываем, может, что Володя придумает… - рассуждают Мария Андреевна с младшим сыном Иваном.
Что было – не забудется…
Любая мать долго помнит те случаи, когда беда с ребёнком приключалась. А с десятью детьми – таких зарубок в памяти в разы больше. Одна зарубка о том, как Вовка сильно порезался, когда литовку точил, другая - как Ванька руки-ноги поморозил, когда домой возвращался поздним вечером после школьного праздника…
- Искали его долго! Всей деревней, с двух сторон – от Етыша и от Устиново прочёсывали сугробы вдоль дороги…
А когда нашли, то на руках и на одной ноге пальцы сохранить не смогли, и мечты молодого крепкого парня о Рязанском военном училище и службе в ВДВ разбились, как пластик в сильные морозы.
Миша, третий ребёнок в семье, родился «солнечным» ребёнком: несмотря на диагноз «Синдром Дауна», он рос добрым и жизнерадостным, сам себя обслуживал. Прожил с родителями до 45 лет, хотя профессор из Свердловска, к которому ездила мать с младенцем консультироваться, и года жизни ему не прочил. Ещё Миша на один глаз с рождения плохо видел. А однажды его постигла бо́льшая беда:
- Очень он любил машины, возьмёт тряпку и обтирает. Его не заметили, дверь у машины открыли, когда Миша наклонился… Прямо в зрачок попали, глаз-то и вытек… Слепой стал…
Всего у Марии Андреевны было 18 родов! Двоих – Ольгу и Люду - дома родила, не успели в больницу увезти. После Вани ещё двое малышей даже белый свет не увидели: один мёртвый родился, а второго из живота достали, сохранив жизнь матери для десятерых.
Прожили супруги Женины 47 лет, прям «душа в душу» не скажешь, всяко бывало! Дом построили в 90-м году, взяв ссуду, всех десятерых на ноги поставили. Вместе пережили смерть Миши, который в последние годы стал нуждаться в уходе. После выхода на пенсию Василий Иванович в сельские пастухи подписался, бывало, и Мария ему подсобляла. В те годы все угоры вокруг деревни были аккуратно «подстрижены» деревенским стадом. Сейчас повсюду - пожухлая трава, и на лугах, и на полях, которые скоро тоже станут лугами или лесами…
В 2008 году от болезни умер Василий Иванович, оставив супругу в одиночестве радоваться внукам-правнукам. У Марии Андреевны тоже был инсульт, но, как она говорит, его «быстро захватили», поэтому на речь и подвижность «болезнь 21 века» заметно не повлияла.
Где ж вы, мои весенние года?
Семейное древо у Жениных получилось раскидистым: 10 детей, 19 внуков, 7 правнуков, сейчас вся семья (особенно «ветвь» дочери Людмилы) в ожидании восьмого правнука. Мария Андреевна дни рождения всех своих детей и внуков помнит! Вот только в правнуках немного запуталась. Не мудрено: наследники Тимошка, Мирошка и Еремей родились в 2022 году с разницей всего в три месяца!
Все ребята из семьи Жениных живут в Чернушинском районе – этим Мария Андреевна заслуженно гордится. Все выучились на рабочие профессии – к труду-то с детства привыкшие! Рядышком, в Устиново, жила Ольга, вторая, да вот сейчас в отчем доме живёт Ваня, десятый. Он шутит, что золотую звезду маме за него дали.
- Вручали награду в Новый год, в Етыше, в клубе. Что говорил председатель сельсовета Кривцев, уже не помню, кажется, здоровья желал и счастья… - вспоминает Мария Андреевна, передавая мне звезду на орденской книжке. А руки у неё тёплые и мягкие, как тот хлеб, который она пекла сначала в пекарне для 13 деревень, а затем дома, в русской печи, для своей большой семьи.
- Я сейчас ничего не делаю. Мне внаклонку после инсульта нельзя, так дочери сами весь огород и садят, и полют, и урожай убирают! – оправдывается Мария Андреевна. Да знаем мы, сколько эти руки переделали за жизнь! И грядки пололи, и бельё в проруби стирали, и детей своих обнимали, баюкали.
– Быть счастливыми и уверенными в себе, - желала мать своим детям перед их выходом во взрослую жизнь. И помнили они, что в любое время открыт родительский дом для них.
Вот и вернулся домой Иван после развода - не сложилось, развёлся, детей тоже нет. Дров натаскать, печку протопить, двор или крыши от снега огрести – во всём матери помощь. И на Василия Ивановича похож – как две капли воды, даже характер весь отцовский!
- Только не поговоришь с Ваней по душам, как с мужем … - вздыхает мать. Фотография Василия стоит в серванте, и Мария часто поглядывает на неё, когда становится уж совсем одиноко. А когда смотрит по телевизору фильмы или передачи, то особо переживает за детей, брошенных или загубленных родителями.
- Слышу – ревёт! Опять, значит, брошенных детей жалеет! – делится Иван. Понимает ли он, что для его матери чужой беды не бывает, особенно когда дело касается маленького, беззащитного человечка?
Пообщаться «по душам» Мария Андреевна к соседке-тёзке Марии Кивилёвой похаживает: бывало, вместе вспоминают, какая была деревня, как весело проводили праздники, как дружно работали!
- И семей многодетных было много! По десять детей у нас, у Аликиных, у Овчинниковых, восемь – у Кивилёвых… У Бисеровых тоже много было, у нас даже улица одна называется Бисеровский конец! – машет Мария Андреевна в нужную сторону.
Сейчас в деревне, которой почти два века, жителей около сотни осталось, магазин работает два раза в неделю, с болячками бегают к деревенскому фельдшеру, что уже на пенсии. Молодёжь в деревне жить не хочет, десять школьников ездят на рейсовом автобусе в Етыш, там же, за 6 километров, – медпункт и клуб.
- За время моей жизни в Устиново деревня уменьшилась на 68 домов! – это Мария Андреевна подсчитала бессонными ночами. – Я же до часу-полвторого посплю, а потом напроход сон не идёт!
- Ваня, досыпь сахару в чашку, не люблю я неполное на стол ставить! – это они меня за стол усадили и чаем угощают. И в простой фразе хозяйки дома проявляется русское гостеприимство: всё, что есть вкусненького - да обязательно полными чашами - выставить на стол. И меня в этом доме ждали, в печи с раннего утра пеклись рыбный пирог и шаньги.
- Русскую печь убирать не буду! Чем тогда буду угощать детей и внуков, когда в гости приедут на Новый год, Масленицу или Пасху?
И знает большая семья Жениных, что, пока жива мама, ждёт их в Устиново родительский дом с лёгким дымком над крышей, с запахом свежеиспечённых шанег и с полным столом угощений.
